Закрыть

Нажимая на кнопку «Отправить», я даю своё согласие на обработку моих персональных данных.

Политика конфиденциальности.

 

 

Ближайший к вам город с магазинами СПЛАВ:

Мурманск

Да, всё верноНет, выбрать другой
Закрыть и больше не показывать

Интервью с Валерием Баговым. Жизнь - это восхождение или Как жить, чтобы не стареть.

11.03.2019

Валерий Багов — КМС, восходитель на 5 семитысячников, высотный оператор. В свои 60, он в отличной спортивной форме, выглядит максимум на 50 лет, недавно вернулся с Эльбруса и в ближайшее время уезжает работать гидом на Пик Ленина.

Валерий любезно согласился ответить на мои вопросы о том, как жить, чтобы не стареть, о высотном альпинизме и основных правилах акклиматизации.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— Валера, пять семитысячников — это круто. Это же уже звание «Снежного барса»?

 — Нет, должно быть пять разных вершин. Три семитысячника на Памире — пики Ленина (7134 м), Корженевской (7105 м), Коммунизма (7495 м) и в горах Тянь-Шаня — пики Победы (7439 м) и Хан-Тенгри (Хан не дотягивает 5 метров, правда, тут есть разночтения в разных источниках, где-то пишут 7010). А я был не на всех семитысячниках. На Хан-Тенгри поднимался три раза, был на Победе Главной, на пике Коммунизма, а вот на пике Ленина и на пике Евгении Корженевской не был.

В прошлом году мы ходили на пик Ленина, но взойти не получилось. Был очень сильный ветер и мало восходительских дней.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

Пик Коммунизма.

 — А сейчас на Пик Ленина гидом?

 — Да, в техническом отношении это не сложная гора.

 — Но остаются там многие.

 — Туда многие и ходят.

— Ты ведь ходишь еще и с камерой? Я все время думаю, что и без лишних вещей очень тяжело на высоте, а с камерой и вообще невозможно.

 — Камера — это настолько сильное увлечение и желание запечатлеть всю эту красоту, что все остальное отходит на задний план. А в плане физических сил помогают хорошие заделы в молодые годы и спорт.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— А, кстати, как все начиналось?

— Первый раз я поехал в горы в 1983-м году еще в студенческие годы.

— А где учился?

 — В Московском Геологоразведочном Институте, но в первый раз я поехал с физтехами. Ребята пригласили меня в Крым, а Крым весной чудесное место, и мне все это очень понравилось. Я стал заниматься все больше и больше. Однако студенческие годы для спортивного роста я упустил, поскольку все альплагеря летом, а в МГРИ летом всегда практики. Так что к выпуску из института я пришел, побывав в альплагере только один раз.

В качестве места распределения я выбрал Алма-Ату с прицелом на горный район и занятия альпинизмом. В год окончания института за лето мне удалось выполнить 2-й разряд на Кавказе, что по тем временам было очень быстро.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

В Казахстане я работал геофизиком в геолого-разведочной экспедиции в полупустыне Бетпак-Дала 600-ах км от Чимкента и в 1500-ах км от Алма-Аты. Альпинизмом занимался в секции Алмаатинского политеха, которую тренировал Казбек Шакимович Валиев.

Справка из Википедии: Казбе́к Шаки́мович Вали́ев — знаменитый альпинист, первый казах — покоритель Эвереста (1982), «Снежный барс» (1984), мастер спорта СССР международного класса (1982), заслуженный мастер спорта СССР (1982), заслуженный тренер РК по альпинизму.

Занятия в этой секции я вспоминаю часто и с удовольствием. В советском альпинизме спортивный рост в альплагерях происходил сложно и медленно. Казбек Шакимович же давал «зеленый свет» и разрядный рост у способных ребят шел быстро. Секция была очень молодая, ребята в ней амбициозные — половина лидеров, то есть состав был очень интересный, и я благодарен судьбе за то, что у меня был такой спортивный период в жизни. А потом пришла перестройка, все стало рушиться, многие наши друзья пошли в бизнес, альпинизм стал никому не нужен, и наша геологическая организация тоже распалась. Мы уехали в Россию.

— Куда вы ходили в Алма-Атинский период жизни?

 — В Алма-Ате домашний район — это Заилийский Алатау, ущелье Туюксу. На протяжении нескольких лет Казбек Шакимович проводил там зимние сборы. За эти зимние сборы — две недели или чуть больше — удавалось сходить по пять-шесть восхождений.

Таким образом, многие маршруты Заилийского Алатау у меня пройдены зимой. А летние…

Были очень продуктивные сборы в Ала Арче. На следующий год ездили в Замин Карор, где было пройдено много интересных маршрутов.

— А когда пошли первые семитысячники?

 — В 1991-м году, когда я еще занимался в секции, а наша геологическая экспедиция уже дышала на ладан, я поехал на Тянь-Шань, на Южный Иныльчек. В это лето мне удалось сходить и на Хан-Тенгри и на Победу Главную.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

На вершине Хан-Тенгри.

В эту первую поездку я по неопытности получил крайне плохую акклиматизацию.

— Расскажешь?

Это был первый выход. Я оторвался от группы, ушел вперед и быстро поднялся с 4200 м до пещер (это примерно 5900м) за 3 часа. Перепад для акклиматизационного выхода очень большой. Поднялся. Высота придавила, но не сильно. Я все время двигался. Поставил чай к приходу ребят, все приготовил, они пришли. А они шли, как положено, часов 6−8. Я не знал тогда, что во время акклиматизации надо избегать любой интенсивной работы. Но и пассивное бездействие на высоте тоже опасно. Поэтому горная болезнь часто развивается ночью во время отдыха. И вот ночью «горняшка» ко мне и пришла, очень сильная. Страшная головная боль, утром проблема даже шнурки на ботинках завязать. Все тонкие манипуляции даются с трудом. У нас был очень деликатный руководитель из наших парней. Одной девочке из группы тоже стало плохо, ее отправили вниз, а в качестве сопровождающих вместе с ее парнем отправили и меня.

По возвращении в базовом лагере у меня было нарушение координации, функциональные нарушения, не очень уже помню, что еще…

Лечение последствий горной болезни заключалось в движении, и оно оказалось верным. Там ледник практически плоский, и я начал ходить по этому леднику. На второй день стал предлагать свою помощь группам, которые, собираясь на восхождение, шли в лагерь у подножия Хан-Тенгри. Он расположен на расстоянии двух часов хода от базового лагеря. Я к ним подхожу и говорю: «Ребят, помочь вам донести что-нибудь?» Они, как правило, с радостью соглашаются, и мы вместе идем. Так я погулял 3−4 дня и у меня все восстановилось. Появилось желание идти наверх.

— А твоя группа тоже вернулась отдыхать?

 — Да, они тоже. День отдохнули в базовом лагере и пошли на восхождение, а я позже пошел с другой группой.

Мы вышли в плохую погоду, но, тем не менее, сходили успешно.

— И тогда же взошел на Пик Победы?

 — Да, прошло три-четыре дня, и стала собираться группа на Победу. Руководителем был мэтр альпинизма Юрий Владимирович Бородкин. Юрий Владимирович был тогда примерно в моем теперешнем возрасте. Победа в то время была его любимой горой.

Группа формировалась, чтобы сводить на Победу японского альпиниста. В ее составе были Ю.В.Бородкин, Шовхат Гатауллин, японец Сукохара и я — нас было четверо. Успешно сходили на главную вершину. Конечно, восхождения с такими необыкновенными людьми очень интересны.

У Бородкина был необычный подход. Мы собрались, а времени уже чуть ли не пять часов вечера. Он говорит: «Ребята, выходим! Главное, выйти, чтобы нас не остановили».

 — Из базового лагеря?

 — Да. Мы вышли, прошли час и поставили палатку, и слышим гонг на ужин в лагере.

 — Победа сложная гора в техническом плане?

 — Классический путь через Западную вершину технически не сложен. Но опасные участки, конечно, есть. Основная трудность в том, что очень долго нужно работать на высоте. Сама гора имеет высоту 7439 м и с двух сторон семитысячные плечи — Восточная и Западная Победа. Западную еще называют пиком Важи Пшавелы. Если сравнивать с Хан-Тенгри, то там восходитель спит на 6000 м, потом поднимается на 7000 м и сразу спускается, поэтому нет такой нагрузки. А на Победе нужно жить и работать на 7000 м, причем работать длительное время. От Важи Пшавелы до вершины и назад около 11 часов работы — это тяжело.

От пика Важи Пшавелы до вершинного взлёта примерно 3 км. Плечо само по себе тоже не ровное, а похоже на спину верблюда со спусками и подъемами. Этот верблюд крутым снежным склоном уходит в Китай, а в сторону Киргизии обрывается карнизами, которые сверху не всегда просматриваются. В случае снегопадов этот путь может быть лавиноопасным. Южную стену пика Победы отснял горный турист Анатолий Джулий.

Анатолий Джулий «Высотный Тянь-Шань. Обзор района»: «Следующий стенной объект — это южная стена п. Победы (Томур). Технически сложная часть маршрута начинается примерно на высоте 4400−4600, имея общий перепад до вершины около 3-х км. Нижняя часть — снежно-ледовая, с участками микстовых склонов, карнизов, сбросов и прочими прелестями. Некоторые участки этой нижней части для большего удовольствия должны простреливаться лавинами и ледовыми обвалами. А, преодолев этот снежно-ледовый пояс, вы, наконец, выше 6000 м выйдете к скальному поясу, который даже на участке вполне реально просматриваемого маршрута — то есть по правому его краю — выглядит весьма впечатляюще. Центральные же бастионы стены — явно не для первой экспедиции. Следует учитывать и возможность ледовых обвалов по центру стены с висячего ледника, нависающего многометровым сбросом над стеной». http://www.mountain.ru/article/article_display1.php?article_id=1172

На Южном Иныльчеке акклиматизация проходит достаточно тяжело по той причине, что заброска туда идет вертолетом. Человек с равнины попадает сразу на 4200 м. Это высоко и горную болезнь он там испытывает неизбежно. Голова болит, работоспособность понижена, дыхание учащенное, кого-то тошнит, и это может продолжаться до пяти дней.

— Это тоже интересно. Как народ понимает, что все уже серьезно и сам не пересилишь, нужно спускаться? То есть симптомы горной болезни есть у всех в разной степени: пульс учащенный, тошнит, голова болит, не спится. А как понять, что уже пора бежать? Ведь времени на эвакуацию может уже и не быть, все быстро раскручивается?

Если во время акклиматизационного выхода после ночёвки у альпиниста наблюдается высокая частота сердечных сокращений, в состоянии покоя 100 ударов в минуту и выше, значит, организм не смог пока адаптироваться к этой высоте. Подниматься выше в этот день в таком состоянии не следует, т. к. это может привести к развитию острой горной болезни. Если при этом присутствуют другие симптомы горной болезни — рвота, сильная головная боль, то лучшим решением будет спускаться в базовый лагерь, чтобы отдохнуть и восстановиться.

— Что нужно делать, чтобы минимизировать опасность развития горной болезни?

Во время акклиматизационных выходов надо избегать больших нагрузок и интенсивной, анаэробной работы. Это главное условие устойчивой и безболезненной адаптации. Работа должна проходить в аэробном режиме с частотой сердечных сокращений не более 130 ударов в минуту. Это такая нагрузка, при которой можно дышать носом.

Различают поэтапную и ступенчатую акклиматизацию.

При поэтапной акклиматизации альпинист постоянно идёт вверх, адаптируясь к каждой высоте, на которой ночует.

При ступенчатой акклиматизации альпинист адаптируется на определённой высоте, затем спускается в базовый лагерь на отдых. Затем в следующем выходе поднимается уже выше и адаптируется уже к новой высоте.

Известный горный турист Андрей Лебедев рекомендует на неосвоенной высоте (т.е. высоте, на которой ещё не ночевал) подниматься между ночёвками не более, чем на 500 метров, а за выход не более чем на 1000 метров, чем в предыдущих выходах, а потом опять спускаться.

На практике эти рекомендации не всегда можно выполнить, т.к. может не быть удобных и безопасных мест для ночёвок, но при наличии таковых разумно им следовать.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— Но ведь в группе много людей настроенных на восхождение? Среди них могут быть и слабые и сильные. Кто-то «бьет копытом», кому-то совсем тяжело.

 — Темп движения в группе нужно выбирать по слабому звену. Нагрузка должна быть посильной для всех членов группы. Очень важно всем членам группы получить хорошую акклиматизацию, потому что от этого будет впоследствии зависеть успех восхождения.

— Как долго сохраняется акклиматизация?

 — Реакклиматизация происходит приблизительно за то же время, которое было затрачено на акклиматизацию. Акклиматизация проходит, но остаётся высотный опыт. Это память организма, как ему реагировать на высоту и, попав в высокогорье, он сразу включает все механизмы долговременной адаптации.

 — Расскажи, пожалуйста про Мак Кинли в 2006 году? Что там было интересного?

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

Справка: «Мак-Кинли — самая высокая гора Северной Америки, находящаяся в пределах Аляскинского хребта. Этот район относится к национальному парку Денали. Высота пика составляет 6194 метра, при этом его относительная высота (превышение над основой горы) — 6118 метров, что ставит гору Мак-Кинли по этому параметру на 3-е место после Эвереста и Аконкагуа».Источник: https://wikiway.com/usa/gora-mak-kinli/
© wikiway.com

 — В организации экспедиции участвовала компания «Приключение» Дмитрия Шпаро, а самих участников было три человека: Олег Банарь, Витя Афанасьев и я. Это было большое, очень интересное путешествие.

— А тема? Просто взойти на Мак Кинли?

Долгое время считалось, что Северный Полюс покорил Роберт Пири, но был второй человек, который тоже заявил, что был на Северном Полюсе — это Фредерик Кук.

В своей книге ««Фредерик Кук на вершине континента. Возвращаем Мак-Кинли великому американцу» Дмитрий Шпаро пишет: «Мы восстанавливаем истину: первым на горе Мак-Кинли 16 сентября 1906 года был Фредерик Кук. Тот самый знаменитый американский полярный исследователь, который 21 апреля 1908 года открыл человечеству Северный полюс.
На протяжении более чем ста лет пьедестал покорителя высшей точки Северо-Американского континента занимал преподобный Хадсон Стак, поднявшийся на Мак-Кинли в 1913 году.
Возвращаем приз Фредерику Куку и отодвигаем на второе место уважаемого Стака, который говаривал: «Подняться на эту гору для меня предпочтительнее, чем открыть самое богатое месторождение золота на Аляске».
Серьезное исправление! Но дело не только в истории географического объекта. Мы реабилитируем безвинно пострадавшего человека, доктора медицины Фредерика Альберта Кука. Помните слова Бориса Пастернака: «А за мною шум погони»? Шум погони слышал и страдалец Кук; кстати, лучший автор в мировой полярной литературе. Уже в 1909 году Кука назвали лжецом, затем представили сумасшедшим и посадили в тюрьму. Он умер в бедности в 1940 году. Главным обидчиком, а лучше сказать, преследователем доктора Кука стал прославленный командор Роберт Пири. Отдав полжизни завоеванию Северного полюса, Пири в конце концов достиг его (сегодня многие, в том числе и автор, считают, что Пири не был на Северном полюсе), но, как выяснилось, вторым — после Кука, побывавшего на вершине мира годом раньше. Эта «несправедливость» была неприемлема для Пири, и вслед за телеграммой из Арктики, гласившей, что звезды и полосы вбиты в полюс, он отправил еще одну, где безапелляционно заявил: не верьте Куку — он просто морочит публику. Для масштабных действий против доктора Кука был мобилизован богатый и влиятельный Арктический клуб Пири.
Подручные командора не пощадили и прежних, дополюсных достижений доктора Кука и объявили его блестящее восхождение на вершину Северной Америки надувательством.
Справедливость возвращает доброе имя Фредерика Кука людям. По всем пунктам судебного преследования он был помилован президентом США Франклином Рузвельтом. Научные открытия, сделанные в Центральной Арктике в середине ХХ века, подтвердили достоверность описаний Кука, и, казалось бы, главный приз века — Северный полюс — должен был вернуться в его руки. Однако обвинение в мистификации на Мак-Кинли, к несчастью, обрело собственную жизнь и по-прежнему тянет доктора Кука на дно бесчестия.
Считается, что если кто-то однажды сподобился на обман, то, скорее всего, он сделает это еще раз; да и окружающие словно бы ждут следующего провала. Спасти доктора Кука можно, только доказав, что именно он был первым на вершине Мак-Кинли, а ложь ему приписали враги. В этом и состоит задача настоящей книги».

А вот выдержка из интервью, которое Дмитрий Шпаро давал для клуба «Горняшка» (http://горняшка.рф/articles/all/article_23405/): — Нельзя, чтобы какие-то вещи в истории оставались непроясненными. Книгу «Фредерик Кук на вершине континента» я написал, потому что хотел вернуть честное имя выдающемуся человеку, которого оболгали. У него отняли право считаться первым, кто поднялся в 1906 году на гору Мак-Кинли на Аляске — высочайшую вершину Северной Америки. Кук действительно был там, и в книге приведены убедительные документальные доказательства, почерпнутые из американских архивов. Более того, в 2005 и 2006 годах мы (клуб «Приключение». — Ред.) организовывали свои экспедиции на Мак-Кинли: наши альпинисты Олег Банарь и Витя Афанасьев (а в 2006 и Валерий Багов — Авт.) прошли путь Кука полностью. Тот самый путь, который считался невозможным. Так вот, он возможен, довольно прост для двойки, имеющей ледорубы и веревки, логичен и смел. Есть фото, есть документы, есть наш опыт, и это тоже доказывает, что выдающегося путешественника и честного человека в свое время напрасно обвинили во лжи. И сделал это человек, о котором я пишу сейчас — Роберт Пири".

Д. Шпаро: «В 2006 году Олег Банарь (руководитель команды), Виктор Афанасьев и Валерий Багов решили повторить попытку восхождения. Экспедиция проводилась под патронатом Общества Фредерика Кука, целями её были реконструкция его маршрута 1906 года и доказательство приоритета восхождения на величайшую вершину Северной Америки. Ещё при планировании был отвергнут восточный маршрут. Восхождение началось 23 мая 2006 года и было приурочено к столетию возможного достижения Кука. Исследователи опровергли предположения Х. Ваале и Д. Шпаро о трассе Кука, проходящей через хребет Пионер, основываясь на данных собственных наблюдений в поле. Группа О. Банаря достигла вершины Мак-Кинли в 10:00 2 июня 2006 года. Участники восхождения заявили, что версию Х. Ваале следует откорректировать: Кук и Баррил в 1906 году шли по хребту Карстенс, а не через хребет Пионер. Банарь, Афанасьев и Багов проделали вероятный путь Кука в обе стороны и нашли его приемлемым для двойки в связке, имеющей ледорубы и верёвку. Скорость движения Кука и Баррила — им везло с погодой — не вызывает сомнений. Российские альпинисты, не соревнуясь с Куком в скорости, прошли маршрут примерно за то же время, что описано в дневниках Кука, если исключить дни, потраченные на разведку и пережидание непогоды. Участники экспедиции заявляют, что всё увиденное вполне совпадает с описаниями доктора Кука, следовательно, его приоритет в покорении Мак-Кинли может считаться доказанным»

 — Кук совершил несколько попыток восхождения на Мак Кинли, обследовал возможность восхождения с разных сторон, и в 1906 году он взошел на гору. По дневникам, описывающим это восхождение, была написана книга «К вершине континента». Через некоторое время Кук пошел на Северный Полюс, и его экспедиция на год опередила экспедицию Роберта Пири. Однако за Пири, в отличие от Кука, стоял состоятельный Арктический клуб.

Кук был умным и очень изобретательным человеком. Не знаю, первым ли он это придумал, но на головке его ледоруба была резьба для наворачивания камеры для съемки. У него было питание собственного изготовления, своя одежда, в том числе спальный мешок, который путем каких-то манипуляций превращался в пуховую куртку.

Мы выехали на Мак Кинли, вооруженные книгой Кука, схемами и зарисовками. Предыдущая попытка восхождения осенью 2005 года провалилась из-за непогоды.

К началу маршрута из Талкитна нас забросили маленьким самолетом Сессна, который перед посадкой облетел вокруг Мак Кинли. Рассмотреть эту гору сверху было очень интересно.

Эти самолеты Сессна на Аляске распространены так же, как у нас велосипеды, они есть у каждого фермера. Он может садиться где угодно.

Самолёт высадил нас на леднике Руфь и началось наше путешествие. Стартовый вес, поскольку мы шли автономно, составлял примерно 75 кг на человека.

В первый день мы шли по леднику и груз тащили в санках, но уже на второй день начался подъем и санки пришлось оставить. Там же оставили две палатки. Носильных вещей, конечно, лишних не было. Тащили продукты, запас горючего, запасной примус и делали по пути закладки общественного снаряжения. Наше восхождение длилось 13 дней наверх и 9 дней спуск — 22 дня автономного путешествия. Такого восхождения в моей практике никогда до этого не было.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

За это время пришлось много полазить. Мы перевалили два гребня, спустились на ледник, так как гребень стал ледяным и очень острым, потом опять поднялись на гребень. В конце концов, взошли на вершину. Получилось, что восхождение мы начали с Северо-Востока, а взошли с Севера. Классический маршрут проходит с южной стороны, так что мы за время восхождения людей увидели только на тринадцатый день на вершине.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— Подтвердили маршрут Кука? Совпали картинки и описания?

 — Да. Подтвердили возможность подобного прохождения, нашли много подтверждений слов Кука. В общем, это была скорее исследовательская работа, чем восхождение.

Я был еще и оператором. Изначально был план с этими материалами сделать реконструкцию событий времен Кука, но, к сожалению, по стечению обстоятельств, впоследствии видеоматериалы были утрачены.

— Когда человек снимает фильм, он ведь оказывается в более сложных условиях, чем остальные восходители?

 — Да. Если проводятся съёмки реальных событий, не постановочно, то оператор должен обладать очень хорошей подготовкой.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— А Эверест? Я читала о том, что у тебя были две попытки восхождения на Эверест. Ты ходил с Валентином Божуковым в 2014 г, когда он должен был в свои 82 года стать самым возрастным восходителем на эту вершину?

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

В 2013 году на Риске — https://www.risk.ru/blog/199379 —  Никита Степанов писал о В. Божукове: « Он начал заниматься альпинизмом в МАИ в 1953 году, а уже в 58-ом прошёл траверс Победы

В 60-ом — МС, в 66-ом — «Снежный барс» № 3, в 71-ом — МСМК. Семикратный чемпион СССР по альпинизму. Более 30 раз поднимался на семитысячники СССР. О Эвересте он начал мечтать ещё в 59-ом, когда планировалась советско-китайская экспедиция. Но разрыв отношений с КНР не позволил ей осуществиться. Следующей надеждой была экспедиция 1982 года, которой он отдал все силы, знания и умения. Но и тут его ждало разочарование: когда он, готовивший практически всё спецснаряжение для команды, после сдачи последнего газового баллона, был вычеркнут из состава экспедиции. Но мечта о Эвересте осталась.
А ещё у него с детства было тяготение к небу. Уже в школе он стал чемпионом СССР с моделью геликоптера. В 1987 он начал учиться летать на парашютах на Памире, а в 89-ом попытался сделать свой первый полёт с пика Победы

Он прорабатывал идею полёта в спарке, для спуска пострадавших и робота-пилота для спуска тел погибших. Этому были причины: трагический прыжок наших парашютистов в 68-ом году на пик Ленина и те, кто до сих пор лежит на Победе. В 93-ем совершил три полёта с семитысячников: пиков Ленина, Корженевской и Коммунизма. Правда с Коммунизма он сумел слететь всего с 6100 м, но до сих пор об этом прыжке ходят легенды. Валентин, у которого сломалась кошка, не смог зайти на пик Коммунизма и вынужден был ночевать четверо суток на высоте в ожидании погоды. Еды не было, а воду он топил из снега на животе в полиэтиленовом пакете и ночевал завернувшись в параплан. На пятые сутки, после нескольких неудачных попыток, старт получился и приземлился он буквально через 40 минут после возвращения его напарника. Честно говоря, в лагере на Москвина его никто уже живым и не ожидал.
В 2003 году Валентин, в возрасте 70-ти лет, наконец-то попал в Непал и поднялся на высоту 8300 на Эвересте. После этого он почти каждый год приезжает туда в надежде осуществить свою мечту. Но каждый раз судьба не благосклонна к нему.

Ну и отдельно нужно упомянуть о «кислородной» теме: ведь принцип использования жидкого кислорода для дыхания, насколько я знаю, впервые был озвучен и применён именно им (правда, как и название параплан и параальпинизм — когда на гору заходишь, а с неё слетаешь)".

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— На самом деле целью обеих экспедиций был обход ледопада Кхумбу по склонам Нупцзе и состоялись они в 2009 и в 2010 году. Восхождение на Эверест требует очень больших денег, а их не было. Иначе Валентин Михайлович, без сомнения, взошёл бы на Эверест.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— И напоследок об общей подготовке и образе жизни. Как ты живешь?

— Я занимаюсь беговыми лыжами, участвую в лыжных марафонах. Летом и осенью катаюсь на лыжероллерах, а зимой встаю на лыжи. Сейчас в России проводится для любителей Кубок лыжных марафонов — Russialoppet. В этом кубке в списке 30 марафонов. В прошлом году включили 5 зарубежных марафонов, что сделало эти соревнования еще интереснее. Каждую зиму я участвую в нескольких марафонах. Интересны также выездные марафоны. Это уже своеобразный образ жизни, путешествие. Можно пробежать дистанцию, а параллельно посмотреть новые места. В этом году мы так ездили в Рыбинск и в Мурманск. Для того, чтобы почувствовать атмосферу города, там нужно пожить, походить по улицам, пообщаться с людьми. Для меня это даже интереснее, чем ходить в музеи.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

 — На что делаешь основной упор в тренировках?

 — На развитии функциональной системы. Это длительные тренировки с малой интенсивностью. На пульсе 120−130 ударов. Эти тренировки позволяют развивать сердце.

 — А с силовыми не нужно чередовать?

 — Нужно, конечно. Но, учитывая специфику моих увлечений, для меня важна силовая выносливость.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

— То есть спорт не ради гор и восхождений, а просто спорт — это твоя жизнь?

 — Многие виды спорта для меня ценны сами по себе — те же лыжи. Я от этого получаю огромное удовольствие. Мне нравятся тренировки, соревнования. В мае мы с товарищем-лыжником попробовали забег на Эльбрус, участвовали в соревновании Red Fox Elbrus Race 2018.

Мы выступили в любительском классе — скоростное восхождение с Бочек на Западную вершину, 3780−5642 м.

Спортивный класс — это забег с поляны Азау на Западную вершину, 2350−5642 м.

Перед этим была квалификация под названием Вертикальный километр (Vertical Kilometer): поляна Азау (2450м) — станция «Мир» (3450м). Норматив там был 2 часа, чтобы попасть в основной забег. Мой результат — 1ч10мин. Я был там 114-ым.

— Это в абсолютной группе?

 — Да.

— - Здорово! Успели акклиматизироваться?

— Я приехал заранее. Провел акклиматизацию как положено и сходил на вершину Эльбруса, после этого спустился, отдохнул. Восхождение с Бочек со спуском на Бочки у меня заняло 8.5 часов. Наверх шёл 5 часов.

Интервью с Валерием Баговым - высотным альпинистом

Эльбрус

После Вертикального километра через день был забег на Эльбрус. На брифинге нас предупредили, что возможны два формата соревнования: или идем на вершину или, если плохая погода, идем до седловины и спускаемся на Бочки, и там уже останавливают секундомер.

Первый вариант был для меня предпочтительнее, но в день старта было холодно, дул сильный ветер и соревнования прошли по второму варианту. Тем не менее, в возрастной группе старше 50 лет мне удалось стать первым.

 — То есть сейчас на Пик Ленина ты идешь с совершенно нормальным здоровьем?

 — Надеюсь, что это так!

— Спасибо огромное за интересный рассказ и потрясающие фотографии! Удачи! Очень хочется после твоего возвращения услышать о специфике работы гидов на семитысячниках.

Фото из архива В.Багова.

Беседовала: Ю.Пушкова.

Зарегистрируйтесь в программе лояльности компании СПЛАВ и получите бонусы, которыми вы можете частично оплатить свои покупки.

 

 

Мы отправим SMS с кодом подтверждения на данный номер телефона.

 

Введите номер телефона *

Введите код подтверждения из SMS сообщения